Кэртиана. Шар Судеб.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Кэртиана. Шар Судеб. » Память » "Каникулы строгого режима"


"Каникулы строгого режима"

Сообщений 91 страница 120 из 127

91

Мысленно Луиза облегченно выдохнула, но на лице по-прежнему была натянута маска настороженной строгой курицы, следящей за сохранностью своих яиц.
Кажется, все обошлось малой кровью, да и то колиньярьей, так что, считай отделались легким испугом и водопадом слез, что не такая уж и большая цена за тонкие шкурки дочери и подопечной. Конечно, генералик принес извинения в типичной для него манере оскорбления-извинения (с первого раза и не разберешь, что именно он сделал), но главное, что принес. Маленькая стареющая девочка в душе госпожи Арамоны ехидно потерла ручки.

А что Айрис говорила об Эпине, об его невиновности... Что же они так с этим Эпинэ носятся? Ну какая разница вздернул он Маран или нет? Дело все равно уже сделано. И к тому же, если учесть родство неведомой женщины с Колиньяром, то Эпинэ даже можно понять. Тот еще, наверное, характер был. Придя к этому умозаключению, Луиза окончательно закрыла для себя вопрос чести и благородства неведомого ей Эпинэ и вернулась к делам наущным, неудачный исход которых вполне мог гарантировать всем дамам, включая саму королеву, повтороение судьбы Маран.

Сделаю все, что в моих силах, Ваше Величество, – присела в реверансе Луиза, в ответ на слова Катарины, и раздумывая над колиньярьими. Что еще за талант? Опять в обморок упасть, что ли?
О да, – ухмыльнулась мысленно женщина. Самое глупое из всевозможных глупых решений. Так что вряд ли генерал имел в виду именно это.
Устало проведя рукой по лицу, словно стягивая нневидимую паутинку, госпожа Арамона стала терпеливо ждать, когда все особы дворянских кровей пройдут в приемную, ибо негоже соваться впереди знати простой дуэнье.

Отредактировано Луиза Арамона (2012-05-21 17:55:19)

+3

92

Сколько еще раз за этот нескончаемый день Колиньяр загонит ее в тупик, повергнув в ступор? Вот опять наивное вечное дитя из провинции, удивленно хлопая глазами, пялилось на Эстебана и внимало его нескончаемым речам. Понимание, что молодой человек издевается, пришло с опазданием. Тоже как всегда. Но на этот раз не разозлило юною герцогиню. Было не до этого. Побег. Действительно, побег. Это не какая-то уловка, это их единственный шанс спастись. Одурачить Манрика. И она тоже сможет внести свою лепту и как-то помочь. Любопытство даже пересилило нелюбовь к хаму-генералу. Хотелось засыпать его вопросами о плане, маршруте, отведенных ролях... Но гордость естественно этого не позволяла. Оставалось только смотреть и ловить каждое слово.
... Но в дороге нам необходима ваша помощь и преданность. - Айри перевела взгляд на королеву. Да, это будет опасно. Нельзя подвести всех и подвергнуть риску Луизу, Селину, королеву, других дам... Айри сделает, все, что от нее требуется. Девушка нахмурилась и с решительным видом сказала:
- Да, Ваше Величество. Вы можете без сомнений полагаться на преданность дома Скал.

+3

93

- Какая потрясающая самоотверженность! – не удержался Эстебан, - В таком случае, я немедленно вышлю гонца, чтобы он загодя осчастливил Вашу матушку, известив её о скором прибытии Её Величества, а заодно – о нашей с Вами помолвке. И мы все вместе отправимся в Надор, где Вас уже будет ждать узкая девичья могилка.
И, предвосхищая последствия, поспешно уточнил.
- Спокойно, герцогиня, я пошутил. Мы едем в Ноймар. А поскольку все согласились сопровождать королеву, я готов ответить на ваши вопросы. И начну с того, по странности дельного, который задала моя суженая. Так вот, обожаемая, в отличие от... - тут генерал явно пропустил несколько слов, - Окделлов, Колиньяры необдуманных поступков не совершают, - гордо приосанился тот самый Колиньяр, который недавно пьяный на спор почти перепрыгнул со своего рыжего на вольно галопирующего мориска-убийцу, в результате чего обрёл непродолжительную способность летать и не был затоптан насмерть только потому, что свалился с мориска раньше, чем тот успел сообразить, что на него что-то свалилось.
- Завтра я выведу вас якобы под конвоем и повезу якобы в суд. Правда, тут есть одна небольшая проблема: никто из вас по делу Её Величества не проходит, но – Эстебан, усмехнувшись, потёр расшибленный лоб, - как говорит старина Манрик: из всякого свинства можно извлечь кусочек ветчины. Сейчас мы инсценируем покушение. И тогда вас можно будет привлечь к якобы суду, как якобы свидетелей.

Отредактировано Эстебан Колиньяр (2012-05-23 09:23:05)

+3

94

- Мы благодарим вас, - сказала королева, посмотрев попеременно на Луизу и Айрис.
Согласившись на авантюру, дамы подвергали себя смертельной опасности, но лишний раз напоминать им об этом Катарина не стала. Она сама уже приняла окончательное решение бежать, а фрейлин, если они останутся тут, не ждет ничего хорошего. Впрочем, если их всех поймают, то тем более, но вдруг им все-таки повезет... Королева мысленно вознесла молитву Создателю, а потом перевела взгляд на Эстебана. Мальчишка продолжал подкалывать Айрис, видимо, в дороге им еще не раз придется спасать его физиономию от ее реакции на его задиристые слова. Катарина сдержала вздох. Конечно, он еще слишком молод. Но разве у нее есть выход? Ведь Эстебан оказался единственным из всех готовым что-то сделать, чтобы ей помочь.
- Какое покушение? - тихо спросила она, глядя на юношу.

+2

95

Госпожа Арамона слегка нахмурилась. Покушение? Вопросом "на кого?" Луиза не особо задавалась. Понимала, что покушение на Айрис или на Селину оставит стражу в большей степени равнодушной, чем покушение на королеву или того же Колиньяра. Особенно Колиньяра. Но вместе с этим Луиза понимала, что вряд ли генерал станет рисковать собственным мяском на ножках, помятуя о незнании меры удара у фрейлин и дам. Особенно фрейлин.
И все таки, гадала женщина, как им удастся избежать суда? Вернее, не дойти до него. И, если разговор зашел о свидетелях, то кто будет обвиняемым?

Стоп, – приказала потоку вопросов дуэнья. Поток устыдился и притих. А Луиза почесала переносицу. Интересен был вариант покушения Колиньяра на Катарину, но в этом случае суда и быть не может. Скорее орден дадут, с нынешними-то властями в городе. Тогда как? Конечно, был еще забытый всеми теньент, но кому он, собственно гвороя, нужен? Покусились и покусились. Не на Создателя же, в самом деле. Остановившись на этой, грубо говоря, богохульной мысли, не присталой честной олларианке, женщина прекратила напряженно думать, понимая, что все равно сейчас все всем объяснят. Их дело - запоминать, выполнять и, желательно, не довести дело до настоящей виселицы.

+2

96

- На должностное лицо при исполнении служебных обязанностей, – Эстебан сурово сдвинул брови, дабы придать должностному лицу исполнительной протокольности, - Дело в том, что суд – идеальный предлог, под которым мы сможем не только беспрепятственно покинуть Багерлее, но и выиграть несколько часов форы у более, чем вероятной погони. Но для Ваших... дам он не годится. У меня есть возможность выписать на них ордер, но я не могу привлечь их к суду без достаточных на то оснований - это вызовет подозрения комендатуры. Поэтому, чтобы втянуть их в дело, Вам придётся совершить новое преступление, - Колиньяр снова прогулялся из угла в угол и, вдохновясь, принялся писать его картину, - Допустим, я в ходе допроса привёл некий обличительный факт, на который у Вас не нашлось более веского аргумента, чем, скажем, вот этот подсвечник, - генерал сцапал со стола бронзовый канделябр и, взвесив его в руке, остался доволен, - И этто... я не предлагаю Вам ещё раз разбить мне голову! – идея с покушением нравилась Эстебану всё больше и больше, а вот блеск в глазах Айрис – всё меньше и меньше, - Это будет чистой воды фикция. Настоящей будет только шишка, которая у меня уже есть. Мы создадим видимость нападения, а Ваши... дамы - создадут его слышимость, после чего сбегутся тюремщики и засвидетельствуют факт покушения.

Отредактировано Эстебан Колиньяр (2012-07-06 22:36:24)

+3

97

- А господин Лера все подтвердит, - тихо сказала Катарина после слов Эстебана, взглянув на теньента у дверей, - Дамы, вы согласны?
Для нее уже все было решено. Отступать было поздно, все пути отрезаны. Королева снова посмотрела на своих подданных, которые остались и остаются ей верны. Луиза выглядела спокойной и сосредоточенной, Селина кроткой и готовой идти или ехать, куда скажут, Айрис воодушевленно-вожделенной, Леони ироничной, но все же поддержавшей план, Адела... служанка нужна им в дороге, так что ей придется поехать. А Эстебан... Катарина вновь посмотрела на него. Самоуверенный, юный, нахальный. Таких судьба или бьет наотмашь так, чтобы уже не подняться, или любит, прощая и покрывая любые глупости и промахи. Будем надеяться на второе...

Отредактировано Катарина Оллар (2012-05-23 23:37:11)

+2

98

Согласны, – быстро проговорила Луиза, но тут же поправилась: – Разумеется, я согласна, Ваше Величество.
Нападение без нападения – хитро – оценила женщина. Но скучно, – заметила маленькая девочка.
Цыц! – мысленно рявкнула госпожа Арамона, сверля взглядом подсвечник. Разумеется, избиение кого бы там ни было может затормозить их побег. Например, как бежать в Ноймар, если у Колиньяра будет проломлен череп?
Вопрос Катарины можно было бы назвать риторическим - вряд ли кто-то, согласившись на побег, откажется от предложенного кособокого плана.
Когда начнем, Ваше Величество? – тихо спросила Луиза, быстро продумывая возможные имитации. Нужен был звук удара, как минимум. А все остальное возьмут на себя истошные вопли, которых будет хоть отбавляй.

+3

99

У Айрис загорелись глаза,  на лице отобразилась выражение полной готовности делать все, что скажут. Тем более, что покушение - это очень здорово и ... правдоподобно. Если их поведут на суд, покушение должно быть на Эстебана... В голове промелькнула шальная мысль о том, что удастся еще разок его треснуть, не сильно, конечно, но за издевательства он вполне это заслужил. Айрис быстро закивала:
- Конечно, Ваше Величество, я тоже готова. Можем начать хоть сейчас. - Девушка улыбнулась и воодушевленно посмотрела на Луизу с Селиной.  Вот и пришел конец скуке, заточению и власти узурпаторов... Нет, это она что-то разошлась. Правление их не закончено, зато королевы с фрейлинами у них в тюрьме больше не будет. Похоже, все же госпожа Арамона тоже прониклась духом авантюризма, раз уж  и ей не терпится все это побыстрее проделать и она спрашивает "Когда начнем?". Ну, или ей просто хочется побыстрее увести дочь и воспитанницу из Багерлее. Но этот вариант намного скучнее. Айри, не задумываясь, отмела его и уставилась на королеву в ожидании ответа на вопрос дуэньи.

+3

100

- Через пять минут, – рыкнул Эстебан, ясно давая понять, что Катарина, конечно, здесь королева, но этим парадом командует он, - А пока, Ваше Величество, думаю, имеет смысл написать Ноймариненну. Так, чтобы он понял, что письмо от Вас. Остальное мой человек передаст на словах.
До Ноймара – три дня галопом. С такой... выкладкой они будут добираться все пять. И выедут только завтра. Если отправить гонца сейчас – уже к концу третьего дня ослабленные пятью истеричками и тремя спиногрызами силы генерала Колиньяра встретят ноймаринненское подкрепление. А это уже что-то!
- Да, и ещё. Из Багерлее мы выедем единым кортежем, но после – разделимся. Мы с Её Величеством и, пожалуй – графиней Дорак покинем город через Западные Ворота, а все остальные поедут...
...в гружёной хламом кибитке, под видом увязавшихся за торкскими рекрутами маркитанток: мамашки с тремя дочками, две из которых – немы от рождения, а младшенькая – Эстебан загадочно улыбнулся Айрис, - к тому же ещё и дурочка.
...другой каретой, через Северные. Я дам вам шестнадцать сопровождающих, титул бергмаркских баронесс и такую фамилию, что сам Райн-штайнер язык сломает, – продолжая улыбаться, пообещал Колиньяр, – И не печальтесь, свет очей моих, наша разлука будет недолгой – мы встретимся у Тарники и оттуда все вместе двинемся дальше.
Про встречу у Тарники генерал не врал. И где-то в глубине отважной души до жути её боялся. Потому что врал про всё остальное. Но сказать сейчас правду было решительно невозможно - ведь услышав про маркитанток, истерички могут забыть, что покушение – фиктивное, после чего "молодой монах" сойдёт в лучшем случае за свалившегося с колокольни звонаря.

+3

101

- Сейчас, - тихо согласилась королева насчет письма, - Хорошо, что мы не успели запудрить тебе синяк...
Она и сама не заметила от волнения, как перешла с Эстебаном на "ты" в этой накалаяющейся обстановке. Луиза и Айрис с таким, казалось, удовольствием поддержали идею юноши о покушении на него, что оставалось надеяться, что в пылу азарта они не осуществят ее взаправду и не добьют его окончательно. Впрочем, покушаться ведь должна именно она сама... Катарина взяла в руку подсвечник, вернее, попыталась взять, но он оказался для нее слишком тяжел, во всяком случае, замахнуться и ударить им Колиньяра или кого-то еще она бы просто не смогла.
- Нет, так не получится, - сказала Катарина, - Подсвечник слишком тяжелый, но можно...
Она сбросила его на пол с грохотом, словно предлагая тем самым и дамам начать шуметь.
- Думаю, моим орудием будет вот эта шкатулка, - королева улыбнулась и взяла в руки шкатулку с шитьем, - От нее синяк может быть не меньше, - уверила она Эстебана.
Обстановка в их комнатах и вправду могла свидетельствовать о покушении: разбитые вазы, лужи и разбросанные цветы на полу, к которым добавился валяющийся подсвечник с выкатившимися свечами. Катарина сбросила на пол еще и покрывало с кровати Айрис, так что теперь все выглядело так, будто борьба с жертвой покушения бушевала в двух комнатах. Прежде, чем удалиться к себе, чтобы написать записку, королева осмотрела юношу критическим взглядом и сказала:
- Эстебан, тебе нужно привести свою одежду в состояние, соответствующее синяку.

+3

102

Айрис завороженно следила за тем, как королева берет в руки топор... В смысле, подсвечник. Сначала, конечно, промелькнула небольшое разочарование, мол, им не придется его бить, а ему кричать. Смотреть было не так приятно, как действовать собственноручно, но все же ... Это было здорово. Вот королева берет канделябр, поднимает его, чтобы замахнуться... И опускает обратно.  До этого момента девушка следила за королевой так восторженно, с такой надеждой... И все. Айри сразу помрачнела. Все слишком банально и гуманно. Королева сбросила подсвечник на пол, взяла шкатулку, сбросила ее покрывало... Айри поджала губы  и обиженно подумала, что даже ее милому покрывальцу досталось больше, чем нахалу в перевязи.
-Эстебан, тебе нужно привести свою одежду в состояние, соответствующее синяку. - Вот он, шанс! И снова появился румянец, улыбка и самая добрая, послушная и услужливая дувушка в мире Айрис Окделл подскочила к своему "возлюбленному", схватила его за рукав рубашки и проговорила вслед Ее Величеству:
- Конечно, Ваше Величество! Мы поможем генералу, он ведь может не дотянуться. Тем более, мы должны ему отплатить за его доброту... - она несколько (совсем чуть-чуть) злорадно улыбнулась и кинула победоносный взгляд на Эстебана. А потом спохватилась, что нужно еще что-то кричать. Но.. что? Вид из победного сразу стал недоуменным, и она прошептала, нахмурившись:
- А.. что кричать-то? Что его убивают? Что это делает королева? Звать на помощь? Или что?..

+3

103

Луиза смотрела, как падает на пол канделябр, как Айрис хватается за Колиньяра, а в голове настойчиво билась мысль: королева на "ты" к генералу! Ощущение того, что их всех тут очень бодро дурят, теперь не отпускало женщину. В прочем, поразмыслить об этом она может и позже. Главное, чтобы Катарина с Колиньяром не были в сговоре и не перебили бы дам на выезде из Олларии. Остальное - ерунда, не стоящая особого внимания.

Значит, им придется разделиться. Конечно, это правильно. Странно, что Колиньяр расщедрился на свиту для фрейлин и дуэньи, (к тому же, так они привлекут куда больше внимания), но копошиться в генеральских мотивах желания у женщины не было никакого.
Главное - уехать как можно дальше, а до Тариники вообще все будет просто замечательно. Хоть отдохнут без всяких дворянских да перевязанных. Да и Айрис, быть может, угомонится. Навязчивое внимание (слишком навязчивое, как полагала Луиза) к Колиньяру со стороны подопечной слегка настораживало госпожу Арамону. Не хватало еще, чтобы... Создатель! Вот старая летучая окделлская мышь побесилась бы.
Наверное, – начала Луиза, – к месту пришелся бы боевой клич, – с сомнением закончила она. – Много боевых кличей. – Добавила женщина, радуясь, что слегка расшнуровала ранее корсет. Воздуха будет больше.

+3

104

Идея с покушением Леони решительно не понравилась. Если раньше она надеялась, что может встать и уйти, потому что она всего лишь фрейлина при королеве, даже если королева в Багерлее, то с этого момента в Багерлее будет она сама. Вне зависимости от Её Величества. Это весьма неприятно, и в случае неудачи отцу тем более будет сложно её отсюда вытянуть. Как вообще она умудрилась так вляпаться? Дядюшка, ну почему вы умерли! Нет, конечно, дядюшка был любимым и нужен был не только для того, чтобы всё было хорошо, но думать об этом сейчас некогда, да и подумано уже всё, что можно.
- Подождите кричать, - спохватилась фрейлина. - Её Величеству надо написать письмо, а нам - привести графа в должный вид, - Леони коварно улыбнулась генералу. Впрочем, коварство было несерьезным: нельзя крупно ссориться с тем, с кем ещё предстоит дальняя дорога. Поначалу девушка мысленно застонала, узнав, что после того, как они разделятся, она поедет с Колиньяром. Но потом посмотрела на вторую группу и решила всё-таки радоваться. С Колиньяром хотя бы забавно и разнообразно, даже если язык у него ядовитый. И он может сколько угодно грозиться, но вряд ли он действительно желает им зла, а ещё с ним надежнее: неизвестно ещё, доберутся ли Луиза с остальными до Тарники.
С этими мыслями Леони обошла Колиньяра по кругу, оценивая его внешний вид.
- Представьте, что мы кинулись совершать покушение всей толпой. Надо порвать одежду, растрепать волосы...

+3

105

Королева вышла. Подлетевшая тут же сестрица Окделла намертво вклещилась в рукав. Капитанша, периодически поглядывая на канделябр, раздавала ценные советы. Остальные зловеще молчали. А потом подошла Леони. И было в её улыбке что-то такое, отчего Эстебану и вовсе сделалось неуютно. Идея с покушением стала казаться не слишком удачной, а побег - безнадёжным. Да, это определённо было Оно. Сомнение. Оно посещало парня так редко, что почти никогда, но Эстебан его сразу узнал. По мерзкому голоску.
- Покушение без нападения? – вкрадчиво прокуковало Оно,  – Наивный! Посмотри на этих упыриц. Такие ничего наполовину не делают. В их руках всё – оружие! Дай им волю, вазу и Колиньяра – и тебя потом родная мама не опознает!
- Да ну, бред, - возразил генерал, - Это всего лишь не самые прекрасные представительницы слабого пола. Хотя Селина, на мой взгляд, очень даже ничего...
- Ты лучше на Леони погляди, - посоветовало Сомнение, - Куда это она пошла? Пока ты той Селиной любуешься, она тебя стулом по башке треснет и сверху прыгнет. Повернись. Повернись, тебе говорят! Не позволяй ей оказаться у тебя за спиной!!!
- Отвяжись, - отмахнулся Колиньяр и громко, словно пытаясь кого-то перекричать, обратился к Леру, - Теньент, отправляйтесь к остальным, доложите полковнику обстановку и передайте приказ: оставаться на местах, на вопли не реагировать, врываться только после тюремщиков. И дайте мне знать, когда начнётся обход.
- Зачем ты его отослал?! – взвизгнуло Сомнение, - Кто теперь проследит, чтобы твои суженые не поднимали на тебя тяжести? Катарине будет не до того, а остальным – только того и надо.
- Да пошло ты, – огрызнулся Эстебан, - И вообще, где ты раньше-то было? Например, когда я все деньги на ту чалую клячу поставил? А? Или когда меня в Варасте тянуло на подвиги? Между прочим, меня там чуть не убили. Трижды! СВОИ!
Сомнение устыдилось и убралось. Колиньяр рванул свободной от герцогини рукой воротник мундира, оборвав половину пуговиц, разорвал рубаху, взъерошил волосы и одарил обеих возлюбленных-нареченных соответствующей синяку и одежде с причёской улыбкой.
- Дорогая и любимая. Я тоже без ума от вас и полон тайных вожделений, но по-моему сойдёт и так. Тюремщики должны засвидетельствовать попытку убийства, а не... то, что заставит их покраснеть и извиниться, что помешали.

Отредактировано Эстебан Колиньяр (2012-05-26 14:15:59)

+4

106

Катарина написала письмо достаточно быстро и вернулась из своей комнаты назад. Судя по разорванной одежде и общей взъерошенности Эстебана, ее фрейлины уже вполне привели его в соответствующий покушению на его жизнь вид, только Айрис и Леони почему-то продолжали хищно смотреть на него, будто бы желая еще усилить эффект.
- Генерал Колиньяр, - позвала юношу Катарина, специально, чтобы не допустить этого, - Взгляните на письмо...
Записка с курьером - это риск дополнительный. Даже если текст ее непонятен, запутан или незначителен, главное - почерк. Если письмо перехватят, ее почерк узнают. Но что же поделать... В их плане побега так или иначе достаточно много "но".

+3

107

Луиза нетерпеливо переминалась с ноги на ногу. Нечаянно наступив на собственный подол, она услышала тихий треск рвущейся ткани и мысленно выругалась так, как ругался в свое время Арнольд, по пьяни здоровавшийся со ступенями их дома. Бросив быстрый взгляд на платье, женщина выявила, что особых потерь она не понесла и страдать особо не отчего, несмотря на то, что рачительность госпожи Арамоны пыталась подать свой визгливый голос.

Сейчас дела были поважнее драной юбки. Тем более, Луиза и так уже перестала походить на приличную дуэнью. Теперь она скорее была похожа на настоящую заключенную Багерлее, хотя, положим, Катарина (такая же заключенная) выглядела не в пример лучше. Еще раз выругавшись, женщина отогнала от себя дурные и явно лишние мысли и вновь вернулась в жестокую действительность, где две ошалевшие от духоты и свалившихся на голову событий родовитые девицы едва не перетягивали между собой одного потрепанного "навозника". И все бы ничего, да одна из этих девиц - Айрис, за которую Луиза отвечала если не головой, то совестью и, пожалуй, обещанием перед Вороном, а это многого стоило. Порадовавшись, что окделлское бесчинство было остановлено и без ее, луизиного, вмешательства, капитанша перевела взгляд на королеву, которая очень вовремя отвлекла на себя колиньярье внимание.
Быстрее, – гипнотизировала Катарину и ее письмо женщина, опасаясь, что время может быть упущено. Чем сильнее приближался момент бегства, тем больше поднималась волна беспокойства в груди госпожи Арамоны.

+3

108

Колиньяр с удивительной для влюблённого радостью расстался с вцепившимися в него нареченными и с неприличной для генерала скоростью подлетел к королеве.
- Гениально, Ваше Величество, - просмотрев письмо, одобрил Эстебан и, довольно лыбясь, отправил его в карман. Потому что это действительно было гениально - даже если допустить, что гонца перехватят, перехватчики из этого письма ничего полезного не почерпнут. К тому же, с учётом изменившихся обстоятельств, а именно – "покушения", Колиньяр был практически уверен, что никакой погони не будет. Потому что отец, подмявший фактически всю исполнительную власть, станет первым, кто завтра узнает об их таинственном исчезновении. И последним, что обер-прокурор при этом подумает, будет то, что без пяти минут вице-прокурор организовал королеве побег. А первым – что мстительный сынок, получив по башке шкатулкой, слетел с катушек и решил казнить королеву и её приближённых собственноручно, не дожидаясь суда. Чтобы оторваться за позорное покушение и заодно – за Маранов. Если так, то предок будет делать всё, чтобы сокрыть "массовое убийство". Первым делом, он арестует тюремщиков и заткнёт коменданта. И, скорей всего, заставит его объявить в Багерлее "карантин", чтобы о том, что королева исчезла, как можно дольше никто не узнал. А о том, что из Тарники исчезли малолетние королята, даже сам обер-прокурор, вероятно, узнает очень не сразу, ибо в виду того, что "совершенно подлинный приказ" об их срочном оттуда изъятии собственноручно накатал его сын - завтра в Олларии спиногрызов никто ждать не будет. Разумеется, Колиньяр-старший не станет сидеть сложа руки и наверняка попытается разыскать кровавые следы наследничка своими силами. С той лишь целью, чтобы их аккуратно прибрать. А когда скрывать исчезновение станет невозможно – объявит, что королева бежала и повесит организацию и сокрытие факта побега на кретина-коменданта, который вместе с тюремщиками сгинет в собственных казематах, перед тем чистосердечно признавшись в "содеянном". И только после будут объявлены всеобщая тревога и розыск. То бишь, речь пойдёт не о нескольких часах форы, а о нескольких днях. А значит они смогут, не петляя, спокойно поехать через Фебиды. Единственное что, выехать из Багерлее им лучше не в полдень, а с самого утра.
Конечно, не мешало бы сообщить это остальным, но Эстебан не успел - раздался условный стук в дверь, возвестивший о начале обхода.
- К оружию, - коротко скомандовал он и, вспомнив, с кем разговаривает, поспешно выправился, - В смысле, начинайте. БЕЗ руко-, ного-, вазо- и прочих прикладств! И чтоб никаких гайифцев и Манриков. Вопить строго по делу.

Отредактировано Эстебан Колиньяр (2012-07-06 22:33:46)

+4

109

Эстебан быстро прочел письмо. Написанное явно вызвало у него одобрение, о чем он сообщил Катарине и спрятал сложенный лист в карман.
Храни Создатель тебя и гонца, - подумала Катарина.
А затем взяла в руки шкатулку, на всякий случай оглянулась на теньента и вскрикнула так громко, как только смогла:
- Да как ты смеешь, негодяй!
После этого королева ударила шкатулкой о край стола, тоже так сильно, как смогла. Звук получился громкий, потому что еще и хлопнула подскочившая вверх деревянная крышка. Решив, что для инсценировки этого покушения она уже сделала все, на что только была способна, Катарина выронила шкатулку из рук и бессильно опустилась в ближайшее кресло.

Отредактировано Катарина Оллар (2012-05-29 19:34:45)

+3

110

Все началось так стремительно, что Луиза едва успела сориентироваться. Значит, покуситься на Колиньяра покусились, осталось сделать из этого настоящее побоище.
Наа-а-аших бюу-у-ут! – взвыла женщина, не особо задумываясь над определением "наши". Бьют и бьют. Главное, чтобы стража это поняла, остальное не важно.

Нервно пробежавшись из угла в угол, жалея, что на ее туфлях нет каких-нибудь железных каблуков, которые грохотали бы словно латы какого-нибудь Святого Алана, госпожа Арамона притормозила и огляделась. Ей в своей жизни симулировать нападение доселе не приходилось. Вот если бы генерала и правда отправили в Закат шкатулкой, тогда бы женщина знала что и как орать, а так... Ненатурально все как-то. Именно поэтому капитанша слегка растерялась, прикидывая, что еще от нее требуется.
Кровь! – как-то тоненько, не по своим габаритам, взвизгнула Луиза, а затем, помнившись, заверещала: – Кро-о-о-овь! Всюду кро-о-о-овь! О, Создатель, спаси наши грешные души! О, святые мощи Святой Октавии, о, горе на-а-ам! Супостат проклятый под монастырь подвел на-а-ас... Ах, горе, горе, нам... Кро-о-о-овь! – женщина отдышалась и отбросила прядь со лба, а затем осведомилась светским и громогласным тоном: – Оу. Это что, мозги?

+3

111

Что в письме, Айрис не знала. Но ей было и не интересно. Интересно было то, что начиналось потом. Она как-то глупо стояла рядом с Эстбаном и Катариной, нервно теребя подол платья. Понеслась. Шкатулка стукнула, Луиза закричала. Дежавю, однако, да... Но... такое смешное. Какое там напряжение и страх, что ничего не получится. Это уже не опасно, не выйдет из соседней комнаты злой Ызарг и не перевешает их всех на березках. По крайней мере немедленной, быстрой расправы не будет, поэтому казалось, что не будет никакой. Ну, да. Айрис как всегда не заглядывала в будущее и не думала, что теперь последствия были бы намного хуже. Какой-никакой Колиньяр все же мужчина, и его присутствие вселяло уверенность, хоть девушка и не отдавала себе отчет в этом. Просто не было того тревожного ощущения.
Луиза начала бегать по комнате и тоненько пищать "Кроовь"... Айри следила за ней глазами и улыбалась.
– Оу. Это что, мозги? - но на этой фразе Айри не выдержала и прыснула со смеху. И быстро зажала себе рот рукой. Но помогло это мало, она продолжала тихо хихикать в ладонь. Надо всеже было как-то брать себя в руки. Девушка виновато посмотрела на присутствующих и присоединилась к дуэнье. Благо, новых идей та ей подала уйму.
- А-а-а-а! Убива-а-ают! - далее последовал банальный визг, которому,кстати, позавидовали бы все хрюшки округи. И тирада продолжилась - Дуэньюшка, смотри-и-и!!! Это! Это обломок кости! Они заляпали мое платье кровью! А, нет, это кстати, не обломок кости - Айри вдруг подумала, что если все настолько серьезно, то их и здесь могут перевешать. Да и Колиньр должен быть мертвым... - Какой ужас!!! Создатель! Помогите!

+3

112

На словах Колиньяра Леони залилась краской и отпрянула от генерала. Как он мог подумать... извращенец! Они ведь ничего такого не имели в виду.
Дамы принялись вопить что-то невразумительное, а девушка впала в ступор. Сейчас сюда придут... и их арестуют. Завтра они сбегут, но сегодня-то их арестуют! По-настоящему! Колиньяр деликатно обошел этот момент стороной, но что же с ними будет до завтра?.. Перед глазами встали яркие картины каменных мешков, решеток, плетей, жаровни, дыбы, груши, ведьминого стула, железной девы, багряноземельского сапога и многого другого, о чем Леони узнала из утащенной из запретного детям раздела отцовской библиотеки иллюстрированной книги; после этого Анри не одну неделю был вынужден сидеть с ней, пока она не уснет. Создатель, пусть завтра Колиньяр их отсюда успешно заберет!
Айрис и Луиза вопили что-то совсем уж странное. Какие мозги и кости? Сюда же прибегут и ничего этого не увидят! Думать было некогда. Рассудив, что страже будет не до того, чтобы вслушиваться и разбирать чужие крики, а важен лишь шум, Леони набрала в грудь побольше воздуха и оглушительно завизжала. И тут же закрыла себе уши, потому что слушать себя было неприятно.

Отредактировано Леони Дорак (2012-05-30 02:25:11)

+4

113

Катарина справилась великолепно! Как настоящая королева. Ударь она так не по столу, а по Колиньяру, тот бы галантно принял у неё шкатулку, помог добраться до кресла, сбегал ей за водичкой и только потом, может быть, сказал бы "ай". Из верноподданнической вежливости.
Но начало было положено. Эстебан с грохотом опрокинул стоявшее у дверей кресло, опрокинулся сам и очень натурально взвыл. А пока он, зело нетихо кого-то критикуя, извлекал из колена осколок, подтянулась тяжёлая артиллерия, заглушившая подлинные страдания фальшивыми воплями, среди множества которых преобладали бредовые. Особенно отличились капитанша и герцогиня, надрывавшиеся про кровь и мозги. С мозгами, конечно, была беда - у обеих вопильщиц их хватило бы на одну среднего ума курицу, зато крови вскоре сделалось море - сообразительная Адела метнулась в кладовку и, вернувшись с двумя бутылками красного вина, разбила их в опасной близости от головы генерала, после чего долго собиравшаяся не то с мыслями, не то с силами Леони разразилась потрясающим визгом (уступавшим по мощи только визгу эстебановой сестры, очень не одобрявшей подсунутых под нос пауков), а Селина, проявив неожиданную для такой красивой девушки смекалку, закричала в чудом уцелевшую вазу, отчего её довольно приятный голосок разнёсся по Багерлее страшным звериным воем.
По гулкому коридору загрохотали тяжёлые сапожищи. Эстебан сделал трагическое лицо и застыл в картинной позе поверженного героя.

+3

114

Луиза, подвывавшая на разные лады в общем хоре убийц и истязательниц генераловского бренного тела, чудом уловила странные звуки за пределами комнаты. Моментально заткнувшись, женщина напрягла слух и побледнела. Стража уже неслась на всех порах, а о том, что будет дальше можно было только гадать. Обведя взглядом комнату, капитанша скорбно заключила, что выглядит все настолько жутко, что есть вертояность того, что стражники без суда и следствия перебьют всех дам прямо здесь. Просто так – чтоб они замолчали. А уже потом будут разбираться: что, кого и как...

Несмотря на легкую панику, женщина неожиданно весело хмыкнула: от колиньярьего плана она, в принципе, многого и не ожидала. Но получать сейчас будет именно она, фрейлины и королева, а не великий стратег всея Кэртианы. О том же, что сделают с простой служанкой, Луиза старалась не думать. В общем, дело было плохо. Конечно, можно было вжиться в роль окончательно и напасть на стражу – тогда судить будут точно. А можно напасть и сбежать по их трупам. Тоже дело. Но, увы, что-то решать было уже поздно, да и не в ее власти. Именно поэтому женщина велела себе собраться (должен же хоть кто-то здесь думать головой, а не гормонами, перевязью или честью) и чинно сложила руки, вымарав их перед этим в луже красного вина – просто так, на всякий случай. Хотя винный запах в комнате стоял подозрительный, женщина надеялась, что никто ей пальцы облизывать не будет, да и не обратит внимания на слишком блеклые пятна крови на коже.
Прикинув, что надо бы в момент прихода стражи выглядеть как-то более реалистично, Луиза, отметя желаение притвориться мертвой, подняла осколок бутылки, своего рода "розочку", и, придав лицу зверское выражение детоубийцы, замерла.

+3

115

Когда Эстебан упал на пол вместе с креслом и взвыл, вокруг начала понемногу нагнетаться такая обстановка, которой под конец позавидовал бы и Закат. Дамы кричали, визжали и завывали так старательно и так ужасно, что Катарина сама сжалась в кресле, как-будто объектом покушения был не Колиньяр, а она сама. Впрочем, ошарашенный воплями, раненый осколком и облитый вином, сидящий на полу юноша все равно походил на жертву покушения гораздо больше.
Дальше в коридоре снова послышались бегущие тяжелые шаги. Катарина еще раз взглядом расширенных от ужаса глаз обвела свою свиту и невольно вцепилась в молитвенник и четки, как в нечто, могущее принести спасение ей и им всем. Шкатулка валялась на полу у ее ног, там же неподалеку у перевернутого кресла сидел Эстебан, а вокруг все кричали в панике. Снова заскрежетал засов, и Катарине внезапно стало легче. Страх прошел. В комнату ворвались тюремщики, готовые, казалось, стрелять в воздух. Увидев их, королева поднялась из кресла.

+3

116

Капитан Муфлон, протолкавшись сквозь тесный строй подчинённых, вырвался вперёд и тут же в ужасе отшатнулся назад. Как и всякое маленькое начальство, больше всего он боялся ответственности. Которая раньше о себе никак знать не давала, а сейчас вот восстала во весь свой неприятный рост. УБИЙСТВО! И не какого-нибудь плюгавого хурия, а целого генерала, мать его гроби, Колиньяра! И надо ж было такому стрястись именно в его смену! Муфлон таращился на Эстебана, а видел... Дору, куда его после такого цендента, вероятно, переведут. Причём – не тюремщиком, а вовсе наоборот.
- НАЗАД!!! – скомандовал капитан. И его послушались. Правда, только тюремщики. На дам вырвавшийся из пересохшей глотки сиплый визг впечатления отчего-то не произвёл. Что делать дальше Муфлон не знал. Согласно своду всех тюремничьих уложений, бунт надлежало немедленно подавить. Но в отношении особо знатных персон любые силовые меры без соответствующих на то распоряжений категорично возбранены. Нужен приказ вышестоящего начальства, а ближайшее вышестоящее начальство полувалялось на полу и, кажись, приказало долго жить. Так как же быть? Попытаться призвать баб к порядку? А если снова ослушаются? Стрелять в потолок? Или сначала за комендантом послать? Лицо капитана побагровело - дальнейшие умственные усилия грозили обернуться мозговой грыжей, но тут кто-то сзади подал хорошую мысль, предложив для начала в точности убедиться на каком именно свете пребывает господин генерал.
Капитан бухнулся на карачки и, припав туговатым ухом к истерзанному генеральскому мундиру, с радостью констатировал, что под ним определённо что-то стучит.
- Ваше Благородие? – осторожно осведомился он, аккуратно встряхнув начальство.
Благородие не реагировало.
- Вашбродь? - капитан, осмелев, крайне почтительно хлопнул его по щеке.
Безмятежное лицо генерала перекосила гримаса ярости.
- Ты что себе, кретин, позволяешь?! – взревело оскорблённое Благородие и, приблизив тюремщика за грудки, далеко от себя отшвырнуло. Да ещё ногой поддало.
Но капитан не обиделся. Он воистину радовался. Почти также сильно, как когда получил повышение.
- Господин генерал! – воскликнул он со священным трепетом, - Воскресе! Эка радость-то! Это ж, почитай, Ваше второе рождение!
Остальные тюремщики испустили коллективный вздох облегчения и согласно затрясли мордами, а грянувшие за окном колокола привели Муфлона в совершеннейшее благоговение.
- А Вы, надо понимать, мой второй родитель? - "новорожденный" самостоятельно поднял головушку, абсолютно осмысленно глянул на капитана и, видимо, не решив, как его лучше называть – папой или мамой, назвал уродом. После чего уверенно подвёлся на ножки и понёс такое, что Муфлон горько пожалел о том, чему минуту назад так искренне радовался.
- Чтоб ты сдох, сволочь, - с тоской думал он и Дора теперь казалась очень даже недурственным местом в сравнении с теми, которые отводил ему и его людям вошедший в раж Эстебан. А генерал всё бушевал, и капитан совсем было пал духом, как вдруг в помещение ворвались королевские гвардейцы.
- Вашбродь! – оживился Муфлон, - Помилосердствуйте, за что ж нас так-то туды-то? Это ж не мы Вас пробдели, а Ваши орлы. Оне сказали, что Вы при эскорте и не велели мешаться. Но мы, Вашбродь, как только - так сразу! Раньше Ваших поспели, в самое вовремя. Да кабы не я, так эти тьфурии Вас бы – вот! – капитан подхватил с пола какой-то осколок, - Это я саморучно отъял у Её Величества близ Вашего горла!

Отредактировано Эстебан Колиньяр (2012-06-08 07:49:27)

+3

117

Ввалились стражники, и Айри с грустью поняла, что можно перестать орать. А ведь только во вкус вошли... Ну, да ладно. Но что сейчас бу-у-удет... Нет, сначала даже стало немного страшно. Такие грозные дядьки ввалились в гостиную. Если уж девушке стало так не по себе, что же стало с хрупкой королевой? Она, конечно, не отступит, но все же... Айри посмотрела на королеву, вставшую при появлении некоего Муфлона, и готова была уже плюнуть на план и грудью кинуться на врага, защищая свою королеву. Этого, однако, не понадобилось. Айрис перевела глаза на лежавшего тут же Эстебана, и чуть не упала к нему же, согнувшись от хохота. Вид у него был тот еще... Девушка прыснула и оглянулась, не заметил  ли кто? Вроде, нет... и хорошо. Вырвавшийся было смех легко получилось замаскировать нервным кашлем, дополняя  этот балаган. А уж когда гвардейцы полезли приводить в чувства своего "генерала"... Это было так забавно, что пришлось кашлять с удвоенным рвением, да и посторониться чуть-чуть. В прочем, остальные себя сдерживали, а чем герцогиня Окделл хуже их?! Она не завалит им весь план даже не смотря на то, как выглядит этот... этот... С разорванными рукавами, свисающими будто крылья, вымоченный в вине и вываленный в перьях из разорванных подушек нав.... Петушок.
Последовал новый приступ кашля.

+3

118

Луиза почесала бровь. Затем разжала пальцы и выронила свое "оружие". Отерла руки о перепачканное платье. Дело сделано, теперь все зависит от тупости стражников и их желания выслужиться перед генералом.
Интересно, на дам нацепят кандалы прямо здесь? Или, подпирая в спину мушкетами, потащат куда-то еще? Воображение нарисовало невеселую картину конвоя. А вот еще одна... Генерал Муфлон с лицом озверевшего ежика с обеих рук стреляет в королеву и какую-нибудь фрейлину, а затем бросается рвать остальных женщин зубами. Отрывает кусок мяса от чьей-нибудь упитанной ножки и тащит "добычу" в зубах обожаемому Вашбродю.
Создатель... она точно помешалась. Луиза потрясла головой, снова принимаясь расчесывать бровь. Тело отчего-то зудело, словно его искусало комариное стадо. Хотелось чесать все и сразу. Может, попросить у стражников шпажку, что б до лопаток достать?

Слушая гневные речи Колиньяра, женщина с досадой думала, что этот балаган будет тянуться до бесконечности. И пока Муфлон не вылижет колиньярьи сапоги, они отсюда не двинутся. Но вылизывать сапоги Муфлон, кажется, не собирался. Зато он, видимо подумав, что похвалы со стороны ему не дождаться, стал нахваливать себя сам. Проследив взглядом за предметом в потненьких капитаньих ручках, Луиза хмыкнула. Каким надо быть дураком, чтобы попытаться обвинить Катарину в попытке зверского убийства с помощью осколка?.. К счастью, все это безумие было не более чем фарсом, а значит здесь, как в сказке, может быть что угодно.
Оставив левую бровь в покое и перейдя на правую, женщина почти равнодушно ждала развязки.

+2

119

Катарина наблюдала за всей этой сценой так и стоя в полоборота к стражникам, не сходя с места, пока капитан пытался привести в чувство Эстебана, после чего уже ему самому пришлось приходить в себя. Когда он указал на осколок, королева стала бледнее, чем обычно. Не смотря на то, что все было заранее оговорено, и сейчас происходил явный фарс, ей все равно было не по себе. Тем не менее, Катарина смело посмотрела на Муфлона взглядом своих широко распахнутых светлых глаз.
- Генерал Колиньяр вел себя неподобающе с нами и моими фрейлинами, - тихо сказала она, - Потому мы были вынуждены взять этот осколок и применить его... как орудие защиты слабых женщин, для которых не осталось в Талиге мужчин, способных их защищать. 
Произнеся эту свою короткую речь, Катарина тем самым словно бы признала свою вину и подтвердила, что она действительно угрожала Колиньяру осколком.

Отредактировано Катарина Оллар (2012-06-18 16:45:20)

+2

120

Эстебан, будучи от природы натурой артистичной, лицедействовать умел и любил. Однако этот фарс нравился парню чем дальше, тем меньше. И в особенности - его роль. Колиньяру куда больше подходил образ благородного рыцаря, спасающего прекрасных дев от различных напастей. Он успешно проделывал это десятки раз, неизменно оказываясь в нужном месте в нужное время, потому что сам же эти напасти организовывал. Схема не сработала лишь однажды, с Маргаритой.
Спасти племянницу Первого маршала не представлялось возможным – от напастей её охраняла целая орда кэнналийских головорезов, с которыми ни за какие деньги не желал связываться ни один висельник, поэтому жертвой напасти была избрана её горничная. Из тех соображений, что видеться со своей избранницей Эстебану запретили, так пусть она хотя бы о нём услышит. Хотя бы от служанки. А в качестве самоей напасти были ангажированы Манро и Заль.
Злоумышленники подошли к делу со всей ответственностью – трижды перечитали "Пасынков Талига", прикинулись в полном соответствии с представленной там гравюрой и в таком виде вышли на большую дорогу. И пока Колиньяр разбирался с околоточным цивильником, порывавшимся препроводить показавшихся ему подозрительными господ куда должно (причём, не в тюрьму, а почему-то в дом скорби), на ту же дорогу выплыла Кончита.
- Когда-то я был юн и чист душой, а стал – изгой, обиженный судьбой, – пожаловался Константин, выдирая у неё корзину.
- Отмщенья алчет мой кинжал кривой, его ты не разжалобишь мольбой! – слегка невпопад, но с чувством и в рифму подхватил Северин.
Служанка оказалась девушкой наивной, но неробкой - странно одетые и изъясняющиеся витиеватым дидериховским слогом господа были приняты ею за тех, за кого себя выдавали и жестоко избиты, кажется, окороком. В результате Манрику удалось бежать, а Заль был спасён вездесущим Хуаном, которому первым же делом сдал своего подельника, а с ним и заказчика, после чего спасаться пришлось уже Колиньяру.

Парню тогда казалось, что хуже просто не может быть. А оказалось, что может - Катарина, видимо, пожелав поскорей прекратить этот фарс, поддержала убогие тщания кретина-тюремщика обмануть своего генерала, после чего изначально жалкая роль Эстебана стала позорной до невозможности, а главным героем мистерии сделался престарелый свинообраз, спасший первую шпагу Олларии от кровожадной злодейки-королевы со смертоносным бутылочным осколком в слабой, тоненькой ручке. Такое невозможно было даже представить. А пришлось признать.
- Похвально, ПОДПОЛКОВНИК Муфлон, - поскрипев зубами, буркнул генерал. Решив, что это вполне сойдёт за тысячу извинений.
- Сожалею, госпожа Ариго, но с отъездом герцога Окделла в Талиге не осталось идиотов, способных в это поверить. Я вёл себя с вами подобающе - как с преступницами, а вы повели себя соответствующе – напали сзади, оглушили и, пока я пребывал без сознания, попытались убить. И тем самым окончательно подписали смертный приговор себе и своей своре. Впрочем, - Колиньяр с неподдельной мрачностью оглядел свору, - фрейлинам, если они подтвердят и дополнят мои показания в суде, приговор могут смягчить. В противном случае – это сделает доблестный подполковник и тогда Ваши... дамы пойдут за Вами в Закат.

Отредактировано Эстебан Колиньяр (2012-06-21 18:44:29)

+1


Вы здесь » Кэртиана. Шар Судеб. » Память » "Каникулы строгого режима"