Кэртиана. Шар Судеб.

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Кэртиана. Шар Судеб. » Память » "Каникулы строгого режима"


"Каникулы строгого режима"

Сообщений 121 страница 127 из 127

121

Бледная Катарина после слов Эстебана словно бы потеряла всю свою решительность. Она прошептала:
- Нет, нет... Создатель не допустит этого, - после чего обвела взглядом своих фрейлин и сказала уже громче, - Нас могут измучить или убить, но после смерти Создатель милостиво примет нас к себе. Мы должны помнить и думать об этом, когда... если...  когда все начнется.
После этого она словно бы обессилила и, пошатнувшись на месте, схватилась рукой за спинку кресла, у которого стояла, но удержалась на ногах. Сейчас по ее виду трудно было определить, играет она или нет. Во всяком случае, Катарина надеялась, что "подполковник" Муфлон притворства с ее стороны определить не сможет. Впрочем, судя по печати интеллекта на его лице, тот вряд ли мог бы отличить право от лево и как дослужился до чина капитана, было совершенно непонятно. Хотя, такими капитанами, конечно, легче управлять.

Отредактировано Катарина Оллар (2012-06-23 18:32:57)

+2

122

Но этого же не было! Как смеет этот... капитанишка такое говорить? И почему королева соглашается?! Айрис нахмурилась и готова была уже возмущенно возразить. А-а-а.... мы же заговор устроили. Вот глупая, почти забыла. Да и так, наверное, будет  проще. Ее Величество тоже не железная. Если со всем соглашаться, то дело и кончится быстрее. Заключение, пытки, путь, плаха... Нет, заключение, путь и свобода! Айри помотала головой и решительно нахмурилась. Как же все-таки не хочется оставлять последнее слово за этим солдафоном. Хоть бы Ызарг этот, ну, тот, который пока на их стороне, одернул его... Но он вроде не собирается... Не пристало герцогиням прощать такие слова! Им не пристало молчать и ничего не делать! Им не пристало просто смотреть на то, как унижают их королев, им не пристало спускать с рук наглую клевету навозникам... а еще им не пристало бить людей вазами по головам... Ну, да... Айри тяжело вздохнула и решительно, пока не растеряла всю уверенность и не стала вновь взбрыкивать и кидаться разными тяжелыми предметами, подошла к Муфлону  и протянула вперед руки.
Помогала, покрывала, содействовала, била по голове, лупила плеткой, душила шторой, вешала на люстре, колола осколком... - Девушка поняла, что уже некоторое время стоит с вытянутыми руками и мечтательно так поглядывает в сторону Эстебана, она быстрее понурила голову и мрачно проговорила:
- Каюсь. Вяжите.

+3

123

Измучить? Убить?
Создатель! Катарина была слишком покладистой! Их, конечно, вряд ли прямо здесь начнут убивать и пытать, но не стоит подавать таких кровожадных идей врагам.
Луиза печально, как она надеялась, вздохнула. Она никогда не видела, как вздыхают головорезы, застуканные стражей над выпотрошенным трупом, но надеялась, что сожаление и покорность в ее вздохе звучали явственно. В прочем, женщина весьма сомневалась, что вышеупомянутые головорезы вообще о чем-то сожалели, кроме как о невозможности перерезать горло еще и арестанту. Но Луиза успокаивала себя тем, что не являлась матерым потрошителем, по вечерам, в качестве милого развлечения перед сном, разделывающим тушки детей.
Так или иначе, вздох был полон скорби.

Айрис сдалась первой. Ну и правильно – пока Муфлон не пришел к выводу, что лучшая фрейлина – мертвая фрейлина, нужно было натолкнуть его на нужные решения. К тому же, в том, чтобы сдаться самой, было что-то благородное. Ну уж куда лучше, чем если бы стражники повалили дам на пол и заломили бы им руки. Мерзкая картинка.

Руки – по локоть в крови, – доверительным тоном сообщила госпожа Арамона, приосаниваясь. И пусть Муфлон сам думает – в переносном или в прямом значении женщина употребила выражение. – Отдаюсь правосудию с радостью. Устала я убивать уже – возраст не тот. 

+3

124

Издевательские покаяния расхрабрившихся куриц вызвали у придурковатого Муфлона такое воодушевление, что он, забывшись, повелел притащить из подвала шипованные колодки.
- С каких пор Вы исполняете приказы заключённых? – хмуро осадил его Колиньяр. Хотя идея ему изначально понравилась. Вообще-то Эстебан был сам по себе парень незлой, но воспоминание о душном "гробешнике" было слишком свежо, левая щека пылала праведным негодованием, а расплывшийся на пол-лба фингал требовательно взывал к возмездию, поэтому дать недополковнику решительный отбой стоило ему немалых моральных усилий, - Отставить кандалы. Будем милостивы к обречённым.
"Мстить женщине – низко", - вспомнил генерал чьи-то слова и, окончательно решив быть выше этого, гордо задрал голову.
Сорвавшееся с макушки перо, красиво покружив, упало в винную лужу.
Айрис снова закашлялась.
Жажда возмездия усилилась до зубовного скрежета. Ничего, любимая, смеётся тот, кто смеётся последним...
- Муфлон, пойдёте со мной к коменданту. Остальным – разойтись. О происшествии не распространяться. А с вами – Колиньяр грозно зыркнул на своих гвардейцев, - я разберусь позже. Госпожа Ариго, моё почтение.
Эстебан насмешливо поклонился и хотел для вящей убедительности ляпнуть Её Величеству какую-нибудь гадость, но чистые глаза Катарины к гадостям решительно не располагали.
- Э-э... - парень сглотнул и в поисках вдохновения обратил взор к возлюбленной-нареченной, - Сомневаюсь, что Создатель примет Вас с распростёртыми, но вечную память я Вам обеспечу - после суда Ваше имя станет нарицательным, а у слова "шлюха" появится новый синоним.
Господин генерал широко улыбнулся и, теряя перья и припадая на правую ногу, величественно удалился.

Отредактировано Эстебан Колиньяр (2012-07-07 13:21:56)

+2

125

Что? На кандалы с шипами мы не договаривались! Пронесло, Колиньярушка велел кандалы не приносить. Ну, и Слава Создателю. Айрис уже готова была кинуть на "господина генерала" - какой ужас, неужели она это делает - благодарный взгляд, как тут...
-Сомневаюсь, что Создатель примет Вас с распростёртыми объятиями, но вечную память я Вам обеспечу - после суда Ваше имя станет нарицательным, а у слова "шлюха" появится новый синоним.
Айрис задохнулась от возмущения. Ей это было сказано или нет? Вроде, обращался сначала к королеве,а  потом... Нет, даже этот не посмеет сказать такое Ее Величеству. Хотя, какая разница?! Да как? Да что? Да он вообще может все это, гад такой, придумал, чтобы все это так выставить, да чтобы они все признались, всё подтвердили, а он потом их... специально выведет, очернит и действительно посадит в Багерлее. И на плаху или в петлю. С него станется. Нет, можно даже допустить мысль о том, что королеву он хочет спасти. Но фрейлины обуза? Королева не согласится их оставить и он избавляется от них сам? Или только от одной фрейлины. От Айрис. Гад ползучий. Мерзавец. Ызарг. Навозник. Мужлан. Хам. Аморал. Бестия. Сволочь. Болван. Гиена кладбищенская. Волк позорный. Вонючка. Разгильдяй. Урод моральный. Гамадрил.  Висельник. Головорез. Выкидыш. Змея подколодная. Извращенец. Изверг. Кретин. Мерзопакость. Негодяй. Нечисть. Осел. Подонок. Псих. Рожа бесстыжая. Скотина. Ублюдок. Приспешник Леворукого. Шваль. Бастард. Ябеда-а-а... - начав ругаться, девушка как-то не смогла остановиться. Прото вспоминала все ругательства, которые вообще когда-то знала или  где-то слышала. Она молчала, но с каждым новым ругательством становилась все мрачнее и мрачнее. Она уже вся покраснела от сдерживаемой ярости, метала глазами молнии/камни/льдины/вазы и много чего другого. Когда же поток иссяк, уже хотелось не ругаться, а просто разреветься. Сколько можно? Когда все это уже кончится? Уже и на плаху можно, только пусть этому всему придет конец. Она устала, ей плохо. В груди давит, в горле першит, сколько у нее уже за сегодня должно было случиться приступов? Этот гад ее уже замучил. В какой-то момент даже показалось, что он не такой уж и плохой. Даже их перепалки были вроде как... детской шалостью? Но теперь... И речи быть не может о чем-то таком. Перед ней ужасный человек, который никогда не изменится. Шлюха значит? Никогда еще с ней никто не смел так разговаривать.  И Колиньяр за это заплатит. Дик терпел столько времени в Лаик, его не лишили титула, хотя там было много людей, и все они пытались сделать ему гадость. Он справился. Справится и она. Их было много, а Колиньяр всего один.  Хотелось подойти и вцепиться ему в лицо. Айри стояла, сжав руки в кулаки, и дрожала от еле сдерживаемой ярости.
- Шлюха? Ну, тогда  Вы - коврик перед борделем, господин генерал. Ведь как-то оберегать нас - Ваша обязанность, - еле слышно проскрежетала Айри и тут же отчаянно покраснела от того, что сказала. Хорошо, не слышал вроде никто. Она дала себе слово, что обязательно научится держать себя в руках и так же едко отвечать Колиньяру. Это будет не скоро, но обязательно будет... Если, конечно, он действительно не ведет их на плаху... А если они сбегут, где-нибудь в Тарнике от него и избавиться можно...

+3

126

Нет, всё-таки слава Создателю, что она поедет с Колиньяром отдельно от остальных фрейлин. Айрис - милая и хорошая, но когда она рядом с Колиньяром, слушать это невыносимо. Влюбилась она в него, что ли? Ну так это её проблема, почему от этого должны страдать все присутствующие?
Леони отступила в уголок в надежде остаться незамеченной, но в глубине души понимая, что незамеченной оставаться нельзя - тогда про неё здесь вообще забудут, и как потом её отсюда выуживать? Вот так мечтай всю жизнь о приключениях, а когда они на тебя сваливаются - понимаешь, что ты совсем маленькая, беспомощная и никаких приключений на свою голову вовсе не хочешь. А хочешь домой, и чтобы рядом были брат, отец и сестра. И дядя. Леони вздохнула и посмотрела на нового подполковника, стараясь скрыть отвращение к этому неграмотному увальню. На его фоне Колиньяр смотрелся ещё выигрышнее, чем раньше, и вообще, не такой уж он и плохой, каким казался. Только хамит немножко, но когда он хамит другим, это можно пережить.

+2

127

Катарина сильнее вцепилась пальцами в спинку кресла, а потом вздрогнула, на последних, очень грубых словах Эстебана, обращенных к Айрис, но вслух говорить ничего не стала, лишь опустила глаза. Тем более, что герцогиня Окделл не отстала от него в куртуазности своих ответных слов, хотя девушке и следовало бы не отвечать на подобные мужланские грубости, а оскорбленно поджать губы, как наверняка делает ее мать, госпожа Мирабелла Окделл, или опустить глаза, чтобы потом поднять его на них и окружающих, откровенно наполненные слезами, и чтобы окружающие были потрясены всей вопиющей несправедливостью отношения обидчика к жертве. Только Айрис не хотела и не могла быть жертвой. Она хотела защищаться и совсем не умела притворствовать. Катарина поняла это очень скоро после того, как девушка была представлена ко двору. Вот Селина - другое дело, та своим поведением и видом, пожалуй, когда-нибудь составит конкуренцию и самой святой мученице - королеве... Впрочем, все эти размышления сейчас были лишними. Эстебан ушел, Айрис стояла раскрасневшаяся, видимо, стараясь справится с очередным приступом удушья после всех этих душевных волнений, другие фрейлины притихли. Катарина сама чувствовала смертельную усталость после всего, что сегодня случилось в их камерах. Муфлон вышел вслед за Колиньяром, за ними и остальные гвардейцы, и когда последний покинул комнату, и их дверь заперли, Катарина опустилась в кресло и ненадолго прикрыла глаза рукой. Выждав еще несколько минут, она потребовала у служанки воды и вина для себя и дам, а пока та несла бокалы, обвела взглядом фрейлин и тихо объявила им снова, что очень надеется на их помощь и поддержку во время предстоящего побега.

Отредактировано Катарина Оллар (2012-07-13 20:07:12)

+1


Вы здесь » Кэртиана. Шар Судеб. » Память » "Каникулы строгого режима"